17:35 

Lady Drama
Понимаете, девочки такие дуры, просто беда. Их как начнёшь целовать и всё такое, они сразу теряют голову. "Над пропастью во ржи"
ЭВАН. ВСТРЕЧА С МАТЕРЬЮ



- Сам-то ты, что думаешь? – Чарльз бегло изучил бумагу испещренную мелким почерком и передал её Амели.

Эван молчал, и что-то подсказывало ему, что принять решение было бы легче будь под рукой пачка красного lucky strike.

- Я считаю, что это нелепо и нагло с её стороны, просить о встрече спустя столько лет, - пренебрежительно бросила Амели. Её оскорблял сам факт того, что эта женщина так или иначе была связана с её семьей. Эван был её сыном, сыном Стеллы, но уж никак не сыном этой южанки, с которой когда-то имел неосторожность переспать Чарльз.

В гостиной воцаряется тишина, нарушаемая лишь шелестом гардин, которые теребил жаркий летний ветер. Из всей семьи в доме были лишь они вчетвером.

Чарльз откинулся в кресле и прикрыл глаза, видимо ожидая, что проблемы решатся без его вмешательства. Амели хмурилась, раздраженно поправляла прическу и всем своим видом давала понять, что она эту затею не одобряет. Но Эван прекрасно знает, что как бы то ни было, последнее слово в любом случае будет за ним. Только вот он сам не знает нужно ли ему это.

- Она же твоя мать, - неожиданно уверенным тоном произносит, молчавшая до этого Стелла, - Ты не имеешь права так с ней поступать.

- Вообще-то имею, - меланхолично замечает парень. – Она меня бросила, когда мне было пять.

Чарльз открывает глаза, Амели прищуривается. Сейчас что-то будет.

- Насколько я помню, тебя не бросили, а отдали на воспитание отцу. И ты не можешь знать чего ей это стоило!– Стелла гневно смотрит на племянника, - Если только ты поступишь так, как велит тебе твое обиженное эго, я глубоко в тебе разочаруюсь.

Повисла напряженная тишина. Эван обреченно вздохнул. Все пошло не совсем так, как он рассчитывал…



Шесть часов после полудня. Бар постепенно набивается измотанными после рабочего дня трудягами, которые готовы спустить все свои гроши на пиво, щедро разбавленное водой.

Эван сидит за грязным пластиковым столиком, выкуривает уже пятую по счету сигарету и чувствует себя снобом. Его раздражает застоявшийся смард, что пропитывает с ног до головы любого, кто переступит порог. Одинаково тупые лица местных пьянчуг, дешевая мебель, оценивающие взгляды отчаявшихся женщин за 30, которые безуспешно пытаются омолодиться с помощью коротких платьев и яркого макияжа. Он вообще не понимает какого черта она выбрала именно это злачное местечко. По таким когда-то, по-малолетсву, любила шататься Агата в виду очередного лишения карманных денег и жажды приключений в стиле гангстерских фильмов 40х годов. Потом её мозги встали на свое место, пубертатный период успешно завершился, появились лишние деньги и пьет она теперь в тесном кругу проверенных собутыльников.

- Эван? – тихо спросил дрожащий от волнения голос.

Он ожидал, что что-то внутри дрогнет, многолетний слой льда, сковавший воспоминания об этой женщине, сдвинется хотя бы на миллиметр. Ничего этого не произошло. Ровное дыхание, мерное сердцебиение. Эван и сам не знает, что тому причиной: то ли привычка сохранять спокойствие, выработанная годами общения с представителями семейства Сеймур, то ли тормозящий эффект от никотина в крови, то ли ему действительно плевать. Темные, седеющие у корней, вьющиеся волосы до плеч, смуглая кожа. Глаза очень темные, почти черные. В целом лицо приятное, пожалуй, лет семь назад даже красивое. Хлопковое платье, выцветшего сиреневого цвета, и ожерелье из крупных пластмассовых бусин вокруг шеи. Вот собственно все, что представляла из себя его мать. Роуз. Фамилии он не знал.

- Да, - наконец отвечает Эван, - Присядете?

Он встает, чтобы отодвинуть для неё стул, но женщина поспешно делает это сама, бормоча слова благодарности и упорно избегая его прямого взгляда.

Повисла неловкая пауза. Эван ждал и курил, с безразличным лицом, наблюдая за медленно исчезающими колечками дыма, а его мать все не решалась начать.

«Возможно она ждет семейных объятий и последующего разговора по душам?» - скептически думает парень. Как нелепо! Он чувствует себя по-идиотски, ему 23 , а он сидит в прокуренной забегаловке, прямо напротив своей матери, которую не видел 18 лет, и как упрямый тринадцатилетний подросток молчит, уставившись в стену. Стелла бы не одобрила, да и Амели тоже. Он уже не мальчишка, нужно и вести себя соответствующе.

- Так о чем вы хотели поговорить? – он тушит сигарету, припомнив, что не учтиво курить в обществе дамы. Даже в месте, где зловоние дешевого табака пропитывает сразу, как только переступаешь порог.

- Я хотела попросить прощения, - просто и открыто отвечает Роуз. И Эван благодарен ей за сэкономленное время.

- За что именно? Не поймите превратно, просто хочется выяснить все раз и навсегда.

- За то что лишила тебя материнской любви…- она нервно теребила в руках салфетку и все еще не решалась посмотреть ему в глаза. У неё были неухоженные, морщинистые руки, с ободранным вульгарным маникюром. Его лицо исказила гримаса смешанных чувств – раздражения и насмешки.

- Ответ в корне не верный. Материнской любви у меня было более, чем достаточно. Меня воспитали по-настоящему прекрасные и удивительные женщины, уж можете мне поверить. Да и Чарльз, несмотря на все его чудачества и феноменальную апатичность, умудрился стать для меня хорошим отцом, - Эван неожиданно для себя почувствовал как внутри разгорается , казалось, давно потухшая искра обиды и злобы, - Если уж хотите просить прощение, то его нужно просить у пятилетнего ребенка, от которого вы так легко отмахнулись ради нового замужества. Он единственный, кто страдал из-за этого. Но вы припозднились с извинениями, мама.

- Я посылала тебе открытки и письма на Рождество и на твой День Рождения, - вдруг твердо заявляет Роуз, наконец оторвав взгляд от пластмассовой поверхности столика, - Каждый год! И не получила ни одного ответа.

- Очень мило, две праздничные открытки в год определенно компенсируют полное отсутствие живого общения, - нарочито язвительно отвечает юноша. По правде сказать он не знал об этих открытках ровным счетом ничего и догадывался кто об этом позаботился, но факта вопиющей наглости это не меняло.

- Эван, - с нарастающей истерией в голосе начинает женщина, - мальчик мой, мне словами не передать, как я виновата перед тобой! Я была так молода, так глупа и эгоистична…Если бы только я могла вернуть все назад, я бы изменила все, только сейчас я понимаю, что в тот момент, когда я отдала тебя твоему отцу я сделала самую главную ошибку в своей жизни. Но…Ты же добрый, отзывчивый мальчик, я верю, что ты сможешь простить меня. Я всегда любила тебя…

«Вот мы и подошли к кульминации всего спектакля. Быстрее, чем можно было ожидать»

- Что вам нужно? – безэмоционально прерывает он её душераздирающий монолог. Способность распознавать лицемерие и ложь – его тяжкое бремя.

- Сынок, мне так тяжело…Ты единственное, что у меня осталось. Я…Я понимаю, что это низко просить у тебя о помощи, но мне правда больше не к кому обратиться. Мой муж оставил меня, детей у нас не было. Я так одинока и больна…

- Душераздирающе. Повторюсь: что вам от меня нужно?

- Мне нужны деньги, - на одном дыхании выпалила Роуз.

Эван подкуривает сигарету, - последнюю из пачки, - и думает, что с lucky strike пора завязывать и переходить на что-нибудь помягче, если конечно он не хочет-таки заработать себе рак легких. В какой-то момент он успел подумать, что эта потрепанная жизнью женщина с такими печальными черными глазами действительно раскаивается. Глупый, глупый мальчишка, долбаный идеалист, который так и не выучил главный урок тети Мии – людям не свойственно меняться.

Он выписывает ей чек на кругленькую сумму прямо на салфетке.

- Будем считать это моей благодарностью за счастливые годы жизни без вас, - Эван поднимается со своего место, поправляет манжеты своей белой рубашки, накидывает пиджак на плечи. Его мать изумленными глазами смотрит на бумажку и похоже не может поверить, как можно так легко расставаться с деньгами. Она уже и забыла судя по всему, как пять минут назад распиналась перед давно забытым сыном и молила о прощении. Несчастная женщина. По-настоящему несчастная.

- Удачи вам, Роуз, это наша последняя встреча.

@темы: муки творчества

URL
   

no stress, just drama

главная